Рождество 2002

Кто может мне назвать точное время, точную дату Рождества? Большая часть мира празднует его как раз сегодня 25 декабря. Однако согласно Православному укладу этот великий праздник отмечается в ночь на седьмое января, т.е. тринадцать дней спустя. Впрочем, даже сами Православные богословы и историки признают, что, как ни мила сердцу всякого верующего эта освящённая веками традиция, а приходится признать, что ввёл её в церковный обиход византийский император Константин триста с лишним лет спустя после самого события. И дату празднования он приурочил ко времени зимнего солнцеворота тоже не случайно, но чтобы, по словам св. Августина отвратить людей от поклонения солнцу и побудить их к прославлению его великого Зиждителя, т.е., Творца, Иисуса Христа.

 

Кроме того, библейская археология, будучи наукой точной, никак не подтверждает даже самой возможности рождения Христа посреди зимы. Да и не надо быть семи пядей во лбу, чтобы придти к этому глубокому научному заключению на основании самого Евангельского текста. Первыми радостную весть о Рождестве Спасителя услышали от ангелов пастухи в полях, но ни один сколько-нибудь дорожащий собственной жизнью, если уж ни жизнью своих овец, пастух не станет их пасти в открытом поле ни в декабре – по западному календарю, ни в январе – по восточному. Холодно.

 

Ну ладно, если не точный день и не месяц, то уж, по крайней мере, хоть год-то мы назвать можем? Ведь во многих культурах, например, африканских народов, и по сей день рождение регистрируется и, соответственно, празднуется лишь с точностью до года. Никто даже не пытается запомнить день или месяц рождения ребёнка, и никому в голову не приходит посвящать какой-то один день года особым торжествам по этому поводу. Зато, например, достижение молодым человеком действительно значимых рубежей – например, совершеннолетия – отмечается целый год. Однако можете себе представить, какая возникает путаница, когда им, например, надо оформлять загранпаспорт или какие-то ещё иммиграционные документы, и вдруг оказывается, что все они, как на подбор, родились первого января, ибо эту дату «по умолчанию» проставляют в соответствующую графу местные государственные чиновники.

 

Странно? Нисколько. Ведь мы же с вами не запоминаем, не регистрируем и не отмечаем, например, час или день недели рождения ребёнка ради того, чтобы потом каждый день праздновать «час рождения» или каждую неделю устраивать торжества в честь одной седьмой части человечества. Просто нашему жизненному циклу больше соответствует именно такая частота празднований – раз в триста шестьдесят пять дней, а не, например, раз в сто или раз в тысячу или раз в миллион. У меня, например, скоро будет круглая дата, мне исполнится ровным счётом двадцать тысяч дней со дня рождения, а совсем недавно стукнуло аккуратно четыреста тысяч часов. Ну и что, скажете вы? Велика важность!

 

И я допускаю, что мои юбилеи, действительно, мало, кого впечатляют, да и, вообще - интересуют. Но, если не дату, то уж, на худой конец, хоть год-то Рождества Христова мы вроде бы должны знать точно. Так, во всяком случае, думал великий немецкий учёный, астроном и математик, Иоган Кеплер, которому принадлежит, кроме величайших астрономических открытий, также и достойный восхищения жизненный девиз: «Прославлять Бога можно не только богословием». Так вот Кеплер смог не только предсказать будущие открытия в то время недоступных для наблюдения планет нашей системы, но и вычислить появление на небесном небосклоне чудесного (на научном языке «аномального», т.е. не закономерного) небесного светила, каждому ребёнку известного по Евангельскому рассказу как «Рождественская звезда», а седобородым астрономам – как «гелиактический восход Сатурна и Юпитера в созвездии Рыб». Трижды в течение одного года эти две планеты восходили над горизонтом в такой близости друг от друга, что представлялись наблюдателям одной необычайно яркой звездой. Причём, то, что они между этими встречами расходились, а, стало быть, эта «звезда» вдруг исчезала, служит идеальным объяснением того факта, что восточные мудрецы, ведомые ею, дошли аж до самого Иерусалима, и вдруг – не знали, куда им идти дальше, и были вынуждены обратиться за советом к царю Ироду. Причём, заметьте, звезда, в точном соответствии с вычислениями Кеплера, несколько позднее появилась вновь – у изголовья Младенца. У меня есть сильное подозрение, что когда Он ещё только запускал в ход нашу Солнечную систему, Христос уже видел Себя рождающимся в Вифлееме и не отказал Себе (а заодно и нам) в радости отметить это вселенское событие вселенским же по масштабам явлением природы.

 

Совпадение? Мне кажется, для того, чтобы поверить в возможность такого (!) совпадения, нужно на самом деле гораздо больше веры (точнее, суеверия), чем её требуется для признания этого факта настоящим Божиим чудом, т.е. значимым вмешательством Божией воли в обычный и закономерный ход вещей. А, кстати говоря, если и было в истории человечества подходящее время для чуда таких астрально-космических масштабов, то приход на землю Сына Божия для этого представляется самым удачным моментом. Только вот опять-таки – когда же именно этот момент имел место? По Кеплеру Рождественская звезда освещала путь мудрецам к месту рождения Иисуса в 7 году ...до Рождества Христова, что с точки зрения здравого смысла представляется полным абсурдом. И добро бы это было единственное такое противоречие! Другая не менее уважаемая наука, история Древнего Мира, предлагает свою датировку, основанную на документально зарегистрированных датах правления иудейских иерархов и римских императоров, и по мнению большинства археологов, Младенец Христос появился на свет Божий не позднее ...4 года до Своего рождения, что также не имеет большого смысла. Есть и другие не менее парадоксальные предположения, и все они, вместе с тем, вполне убедительно примиряются между собой, если учесть, что сам наш календарь в течение столетий неоднократно менялся, подправлялся и уточнялся.

 

Но дело, очевидно, не в датировке – а как раз в том, что именно Господь пытается сказать нам через это поистине удивительное обстоятельство: приход Его на землю был отмечен чудесами и знамениями вселенских пропорций (чтобы ни у кого не оставалось сомнения, что это – именно Он), и вместе с тем прошло практически незамеченным для огромного большинства людей, в том числе, жадно и нетерпеливо ожидавших Его прихода, Им Самим для этого избранных и к этому призванных. Понятно, что, если бы Ему было угодно сделать Своё вхождение в мир триумфальным и впечатляющим, то ангелы явились бы не в поле безвестным пастухам, а в императорских чертогах, на стогнах городов и в других местах людских скопищ и, уж конечно, ни один историк не преминул бы подобное явление занести в свои анналы со всей возможной аккуратностью и точностью. Господу, вероятно, было важно, чтобы в нашем сознании запечатлелась не столько календарная дата, как бы закрепляющая, фиксирующая событие в определённой точке времени, сколько сам факт рождения или, как его принято называть, Рождества Христова.

 

Замечательно, например, что в Православных церковных песнопениях, исполняемых на Рождественских службах, звучат такие чудесные стихи: «Христос раждается, славите: Христос с небес, срящите (встречайте); Христос на земли, возноситеся!». Заметьте, что Христос не «родился», а именно «раждается» – сейчас, сегодня, в нашем присутствии, а поэтому нам сегодня, в этот самый момент следует славить это Его рождение, устремляться Ему навстречу: «Христос раждается, славите: Христос с небес, срящите...». И далее, после праздничной литургии звучит кондак, т.е., краткое изложение основной темы праздника: "Дева днесь (сегодня) Пресущественнаго раждает (т.е., Бывшего прежде всего сущего), и земля вертеп (пещеру) Неприступному приносит, Ангели с пастырьми славословят, волсви же со звездою путешествуют: нас бо ради родися Отроча младо, превечный Бог". Обратите внимание, что здесь опять речь идёт как будто о событии, происходящем в настоящем времени, у нас на глазах.

 

Объяснение этому напрашивается само собой – стихи и песнопения призывают нас вознестись мыслью и духом от нашего обыденного линейного восприятия времени (с его прошедшим, настоящим и будущим), оторваться от той житейской плоскости, в которой мы пребываем большую часть жизни, и взглянуть на весь мир, на всю историю человечества, на самого себя так, как видит Своё творение Бог: всё сразу, без ограничений пространства и времени, а, напротив, во всей его гармонии и целостности. И тогда-то оказывается, что это, казалось бы, столь отдалённое от нас событие – рождение некоего еврейского младенца в ничем не приметном израильском городишке Вифлееме около 2 тысяч лет тому назад – имеет к нам русским, евреям, американцам, живущим в Америке, России, Германии, Японии в начале XXI века, самое живое и непосредственное отношение.

 

Оказывается, если Христос рождается «днесь», т.е., сегодня, то приходит Он в этот мир – ради нас с вами. Если сегодня, сейчас Ему «земля вертеп приносит», потому что не находится им места в гостинице, то это – потому что мы расположились в ней. Если сегодня «ангелы с пастырями славословят», то хорошо было бы точно знать, что при этом имеются в виду и наши «пасторы». Если «волсвы (т.е. мудрецы) со звездою путешествуют», то хорошо бы и нам от них не отстать и не проморгать той особенно яркой звезды, которая появилась вдруг на небосклоне.  

 

Другими словами, необычайно важно знать и ясно представлять себе, какое отношение к нам имеет это событие – сегодня, сейчас, сию минуту. И если оно воспринимается мною лишь как событие прошлого, имевшее место там-то и тогда-то, в такой-то исторической среде, в такой-то политической обстановке, в таком-то городе, в такой-то семье – но ещё не происшедшее в моей душе, в моём сердце и в моей жизни, то, значит я праздную его лишь в силу своей принадлежности к одной из многих национально-культурных традиций. С тем же успехом, и даже, может быть, с гораздо большей помпой мне следовало бы праздновать рождение каких-нибудь других исторических персонажей – праведников, императоров, мыслителей, военачальников и т.п. Да так, зачастую и происходит, причём иногда даже с целыми народами: на Руси, например, культ и прославление царей, великомучеников, святителей и других замечательных и весьма значительных лиц нашей истории принимает масштабы во многих случаях совершенно ни с чем не соизмеримые, пусть не в официальном богословии, но, что гораздо печальнее, в широком народном сознании и обиходе. Рождество Христово низводится, таким образом, до уровня одного из многих подобных праздников, наряду с другими обращающим наши взоры в отдалённое прошлое, в далёкие от нас условия и обстоятельства, имеющие нам, здесь и сегодня, лишь весьма опосредованное отношение. А раз так, то и самой личности Христа – в такой вот «исторической перспективе» – уделяется вполне ординарное место некоего народного героя, подобно многим другим ратовшего за свободу, достоинство и благоденствие своего народа.

 

Разница только в том, что, не будь, скажем, Дмитрия Донского (причисленного на Руси к лику святых), появился бы рано или поздно какой-то другой удельный князь, мужественный человек, способный повести за собой русичей на борьбу с ордынским игом. Не будь, Мартина Лютера, другому монаху опостылело бы рано или поздно лгать людям и самому себе, и Реформация всё равно и неминуемо должна была произойти. Не окажись, Мартин Лютер Кинг, как говорят американцы, в правильное время и на правильном месте, другой борец за расовое равноправие взял бы на себя эту роль. Но никто, никто из когда-либо живших или ещё не родившихся на свет людей не был бы в состоянии, даже если бы очень захотел, занять место Иисуса Христа в Вифлеемском хлеву две тысячи лет назад. Ибо только Он и возжелал, и был способен исполнить совершенно особую, уникальную роль – Спасителя всего человечества – от ига, от неправды, от унижения и смерти – от всего, что несёт с собой грех, т.е., преступление человека перед Богом. Какого человека? Любого: включая тех ветхозаветных праведников, которые за столетия до Его земного воплощения жили по вере во Христа-Мессию грядущего, включая тех счастливцев, которые приняли покаяние от Него Самого во время Его краткой земной жизни, включая нас с вами, живущих по вере в Него сотни и тысячи лет спустя.

 

Мы призываем Его в наши сердца, призываем Его занять в них только Ему одному подобающее место, и вот тогда-то и происходит то самое Вифлеемское чудо – рождение Младенца Христа в душе и жизни человека. Подобно тому, как в этот грешный мир явился безгрешный Младенец – в нашем, отягчённом пороком сердце, в мрачном вертепе нашей души рождается Христос. И подобно тому, как Младенец Иисус не долго оставался младенцем, но «возрастал и укреплялся духом, исполняясь премудрости» (Лук. 2:40), так и наша душа вдруг исполняется премудрости видеть, знать и понимать дотоле нам недоступное и от нас сокрытое. И, наконец, самое главное, что происходит в этот момент, это – наше сораспятие Христу и со-воскресение с Ним: принятие дара Его крестной жертвы за свои грехи, чтобы «уже не я жил, но жил во мне Христос» (Гал. 2:19-20). Но ведь, чтобы начать «жить во мне», Он должен сначала родиться. И это чудо Его Рождества не перестаёт происходить на белом свете ежедневно, ежечасно и ежесекундно. Христос именно рождается, а не просто – родился. Он рождается каждый раз, когда новая покаянная душа призывает Его к этому. Он рождается, когда я отвергаю зло и ненависть и избираю добро и любовь в своей жизни. Он рождается, когда мы призываем Его в наших общих молитвах и песнопениях. «Христос раждается! Славите!»

 

И в этом смысле совершенно не важно, когда, какого числа и какого года, Младенец Иисус появился на свет. Ведь для Него Самого, Творца Вселенной, ещё когда Он только замысливал и создавал этот мир, это Его земное рождение уже стало фактом. Для Него Самого, пребывающего вне времени и пространства, это рождение (а, следовательно, и распятие, и воскресение) произошло уже тогда или, иначе говоря, происходило, происходит и будет происходить постоянно, всегда, вечно. В сам механизм этого мира, в его бытие было предвечно заложено Господом то самое мгновение, когда Сын Его вступит в сотворённый Им Самим мир, чтобы совершить в нём то, что одному Ему по плечу: взвалить на Себя бремя всех грехов мира и понести за них страшную и позорную кару.

 

Этот момент не зря является началом нового летоисчисления (хотя, как мы только что убедились, и тут не обошлось без известных погрешностей!) – Рождество Христово является той поворотной точкой, в отношении которой выстраивается вся симметрия человеческого бытия. Причём, не только всего человечества в целом, но и каждого из нас в отдельности, ибо в жизни каждого из нас, если задуматься есть период, называемый «до Р.Х.», а у большинства отмечающих сегодня этот праздник – ещё и период «по Р.Х.». До Р.Х. мы живём под Законом, который призван явить нам нашу греховность и послужить в качестве «детоводителя ко Христу». Для одних этот «ветхозаветный» период длится недолго, особенно если им в этом помогают их родители, друзья и церковь. Другие на преодоление этого «законнического» сознания и бытия подчас тратят большую (и лучшую!) часть своей жизни. Иные, увы, так до конца своих дней остаются «рабами Закона», тягаясь с Господом в праведности и доброте. В жизни каждого из нас, таким образом, находит отражение вся история человечества – от Сотворения Мира и до Второго Господня Пришествия. И осью и того, и другого – и нашей жизни, и вселенской истории – является то самое событие, которое мы сегодня с вами празднуем.  

 

Впрочем, у всех ли это событие – Рождество Господне – вызывает радостные чувства и всем ли служит поводом к истинному празднованию? Для иудейского царя Ирода, как мы помним из Евангельского повествования, родившийся в Вифлееме Младенец был не Спасителем, а законным претендентом на незаконно захваченный им царский престол. Имя царя Ирода стало для нас нарицательным – мы им называем людей, отличающихся особой жестокостью и коварством, ибо именно таким он и был. Боясь потерять своё царство, он безжалостно уничтожал всех возможных кандидатов на престол, не щадя при этом даже своих собственный детей. О нём говорили, что лучше быть свиньёй Ирода, чем его сыном, поскольку, желая казаться человеком набожным и благочестивым, он ни в коем случае не «осквернился» бы кровью нечистого животного, но в страхе перед народившимся Царём Иудейским повелел «избить» (в греческом оригинале – убить) «всех младенцев в Вифлееме и во всех пределах его от двух лет и ниже» (Мат.  2:16).

 

Давайте заглянем в наши сердца и посмотрим, не воцарились ли мы сами на тот престол, который принадлежит не нам, а нарождающемуся Господу. Не следует ли нам, в отличие от Ирода, не мудрецов подсылать шпионить и разведывать, а самим придти и поклониться, сложив с себя и принеся к Его стопам не положенные нам почести и непосильные нам полномочия? Сегодня для этого – может быть, даже более подходящее время, чем в любой другой день в году, и, может быть, для кого-то будет легче предать себя милости Бога Младенца, чем Бога Судии и Вседержителя. Может быть, есть среди нас сердце, в котором Младенец рождается именно сейчас, и мы можем прославить, отпраздновать этот двойной, или может быть, тройной или даже quadruple or quintuple день рождения прямо сегодня? Пусть это сердце отзовётся на призыв Господа и воспоёт Ему хвалу вместе с нами: 

"Дева днесь Пресущественнаго раждает, и земля вертеп Неприступному приносит, Ангели с пастырьми славословят, волсви же со звездою путешествуют: нас бо ради родися Отроча младо, превечный Бог".

"Христос раждается, славите: Христос с небес, срящите; Христос на земли, возноситеся! Пойте Господеви вся земля, и веселием воспойте людие, яко прославися».

Прославься, Господи, в день Своего Рождества в сердцах наших! Продолжай, Господи, рождаться в душах людей, прибавляя новых и новых чад к семье Твоей ныне и присно и во веки веков.

 

Аминь.

Audio1

Audio2

Audio3